Сопротивление Масиниссе



Масинисса заручился приверженцами даже в самом Карфагене. Но с приближением опасности чувство независимости и инстинкт самозащиты карфагенян обострились. Народ заставил своих вождей — Гамилькара Самнийского и Карталона изгнать подозрительных лиц, и с 154 года до н. э. город начал вооружаться. Эти тайные приготовления не могли пройти мимо внимания римских послов, прибывших в 153 году до н. э. Катон потребовал в качестве репрессий разрушить Карфаген, но партия Сципиона Насики добилась того, чго Карфагену навязали только контрольную комиссию. В сенате отчетливо выявилась тенденция рассматривать нарушения договора как casus belli.

Тем временем в Берберии события развивались своим чередом. Карфагенская дипломатия стремилась создать осложнение для Масиниссы на границе с Мавританией, а Карталон объезжал Нумидию, призывая ливийцев к восстанию. Двое вождей берберов перешли к неприятелю. Теперь Карфаген располагал, наконец, армией в 50 тысяч человек. Несмотря на то, что агеллиду в ту пору уже исполнилось 88 лет, он сам, верхом на коне, повел нумидийцев в бой и одержал победу (150 год до н. э.). Римское посольство было готово вмешаться в случае успеха Карфагена. Согласно преданию. Сципион Эмилиан, прибывший в Африку за слонами, с вершины холма бесстрастно наблюдал за ходом сражения.

Карфаген был вынужден отказаться от Campi Magni и дать обязательство уплатить в течение пятидесяти лет контрибуцию в пять тысяч талантов. Это означало не только неудачу его попытки дать отпор Масиниссе, но и утрату всякой надежды на экономическое и политическое возвышение. И вот тогда Рим решил прикончить его, нанеся последний удар.